Крестьянская война тайпинов 1850-1864 гг. Восстание тайпинов требования восставших

Май 10, 2019 Публикации

Крестьянская война тайпинов 1850-1864 гг.

Причины: обострение классовой борьбы; подписание неравноправных договоров после 1ой опиумной войны, открытие портов; сокращение местного производства, разорение ремесленников в районах открытых портов; рост ввоза опиума в Китай, выплата контрибуции Англии – из Китая выкачено большое кол-во серебра; рост цен на серебро – для уплаты налогов приходилось менять медные деньги на вздорожавшие серебряные; повышение арендной платы, введение новых налогов – финансовый кризис в Китае; прекращён ремонт ирригационных сооружений; полное разорение крестьянства, массовые голодовки; неспособность династии Цин отстоять независимость старны; появление антиманьчжурских настроений.

Движение народных масс имело религиозную окраску. Вождь и идеолог восстания – Хун Сюцюань, начавший в 1843 г. на юге Китая вербовку сторонников. Он называл себя младшим братом Иисуса Христа, проповедовал новое христианское учение. Положения этого учения он заимствовал у христианских миссионеров. Проповедовал идеи равенства, образец для него – китайская община. Эти идеи легли в основу пропаганды «Общества поклонения Богу». Ширились стихийные выступления крестьянства. Деятельность Хун Сюцюаня развернулась в ю-в части провинции Гуанси. Члены общества: крестьяне, бедняки, помещики, настроенные против династии Цин. Руководители общества, кроме Хун Сюцюаня: Фын Юньшань, Ян Сюцин, Сяо Чаогуй, Вэн Чанхой и др. в июле 1850-х гг. Хун Сюцюань призывал всех членов общества вступать в повстанческие отряды.

Этапы войны:

1.1850-1853 гг. в декабре 1850 г. – крупное сражение с правительственными войсками. 11 января 1851 г. – официальное объявление о начале всеобщего восстания с целью смещения династии Цин и провозглашено создание «Небесного гос. великого благоденствия» — «Тайпин тяньго». Повстанцы – тайпины. В сентябре 1851 г. тайпины захватили г. Юнъань (провинция Гуанси). Здесь тайпинское гос., а Хун Сюцюань – император «небесный князь». Глава правительства – Ян Сюцин. В апреле 1852 г. тайпины прорвали заслон правительственных войск под Юнъанем и развернули наступление на север. В декабре 1852 г. тайпины вышли к Янцзы и захватили порт Иочжоу с арсеналом правительственных войск. В декабре 1852 0 январе 1853 г. они захватили г. Ханькоу, Ханьян, Учан – трёхградье Ухань. Тайпины создали сильную армию. Единица армии «пяток» — 4 рядовых и 1 командир. Строжайшая дисциплина. В феврале 1853 г. тайпины двинулись вниз по Янцзы. 19 марта они овладели Нанкином, провозгласили его столицей Китая («Небесная столица»).

2. 1853-1856 гг. В мае 1853 г. начался Северный поход, необходимая поддержка и подкрепления получены не были. Города Иочжоу, Ухань, Цзюцзян, Аньцин были оставлены тайпинами, цинские чиновники восстановили свою власть в них. В октябре тайпины подошли к Тяньцзиню. В мае 1854 г. одна из армий потерпела поражение в Шаньдуне. Тайпинам не удалось поднять на антифеодальную войну крестьян Северного Китая. Северный поход завершился неудачей. Западный поход – велись упорные бои с «хунаньскими молодцами», возглавляемыми помещиком Цзэн Гофань и организованными их деклассированных элементов и запуганных крестьян. Велись бои за Ухань. Тайпины смогли нанести поражение Цзэн Гофаню и закрепиться в среднем течении Янцзы. В 1853-1856 гг. тайпины ещё успешного отбивали атаки сил реакции. Они закрепились в Центральном Китае.

3. 1856-1860 гг. восстание стало развиваться по нисходящей линии. Усилились противоречия внутри тайпинов. Убит Ян Сюцин из-за его неограниченной власти. Новой главой правительства в Нанкине стал Ши Дакай. Летом 1857 г. произошёл разрыв среди тайпиноы. Ши Дакай покинул Нанкин и вёл борьбу в Гуанси. Глава правительства – Хун Жэньгань. Появился ещё один крестьянский вождь – Ли Сючен. В 1860 г. армии Ли Сючена нанесли поражение войскам реакции, угрожавшим Нанкину. Его отряды совершили поход в приморские провинции. В августе подошли к Шанхаю, который взять не удалось.

4. 1860-1864 гг. Войска Ли Сючена в 1860-1862 гг. одержали ряд крупных побед в приморских провинциях, заняли г. Ханчжоу, порт Нинбо, ряд городов в провинциях Чжэцзян и Цзянсу. В 1861 г. контрреволюционные силы заняли г. Аньцин, Нанкин попал в кольцо осады. В феврале 1862 г. в Шанхае совещание иностранных консулов, принято решение перейти к открытой интервенции против тайпинов. В 1863 г. северное побережье Янцзы оказалось под контролем реакции. В 1863-1864 гг. контрреволюционные войска захватили г. Сучжоу и Ханчжоу. К весне 1864 г. Нанкин был полностью отрезан от внешнего мира. 19 июля стены Нанкина взорваны европейскими минами, Ли Сючэн казнён. Отдельные отряды сопротивлялись до 1866 г. в Северном Китае происходило восстание «Няньдан», наносящее сильные удары правительственным войскам. К 1868 г. движение угасло.

Причины поражения: не было пролетариата, необходимого для успеха крестьянского восстания, не было буржуазии, направляющей крестьянскую войну по пути буржуазной революции; не было могучей общественной силы, способной преодолеть сопротивление реакционных сил; совместная вооружённая интервенция Англ., Фр., США против тайпинов; восстание носило царистский характер; наличие внутренних раздоров в тайпинском гос.

Значение: толчок к освободительной борьбе китайского народа, борьба против гнёта иностранных колонизаторов.

Анализ тайпинского и бабидского движений

Сравнительный анализ бабидского и тайпинского движений, общие и особенные черты, характеристика причин и предпосылок. Сущность требований восставших. Направления крестьянской войны в Китае. Движущие силы восстания в Иране против феодального строя.

Рубрика История и исторические личности
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 23.03.2011
Размер файла 57,3 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

1. Причины восстаний, движущие силы и требования

1.2 Движущие силы

1.3 Требования восставших

2. Ход восстаний, их итоги

Список использованных источников и литературы

Данная работа посвящена анализу бабидского и тайпинского движений.

Цель работы: провести сравнительный анализ бабидского и тайпинского движений. Определить общие и особенные черты.

1. Рассмотреть причины и предпосылки движений, выделить общее и особенное;

2. Проанализировать требования восставших, выяснить, что было общего;

3. Рассмотреть итоги движений, выявить общее и особенное.

Тайпинское восстание 1850—1864, крестьянская война в Китае, направленная против феодального гнёта и инонациональной маньчжурской династии Цин и приведшая к созданию повстанцами своего государства. Тайпинское восстание было вызвано резким обострением противоречий между крестьянством и феодалами, между основной массой китайского народа и стоявшей с середины XVII в. у власти маньчжурской аристократией на почве ухудшавшегося положения крестьян в связи с их обезземеливанием, усилением феодальной эксплуатации, ростом налогового бремени и агрессией капиталистических держав. Само название «Тайпин» означает «Великое Спокойствие» и перекликается с раннедаосской школой Тайпиндао времён Ханьской империи. Тайпинское государство занимало значительную часть южного Китая, под его юрисдикцией находилось около 30 миллионов человек. Тайпины пытались проводить радикальные социальные преобразования, замену традиционных китайских религий на специфическое «христианство», при этом Хун Сюцюань считался младшим братом Иисуса Христа. Тайпинов называли «длинноволосыми», так как они отвергали косы, принятые в государстве Цин маньчжурами, их также называли волосатыми бандитами.

Бабидские восстания, народные восстания в 1848—5182 в Иране против феодального строя и, объективно, против начавшегося закабаления страны иностранным капиталом. Движущие силы Бабидских востаний — крестьяне, ремесленники, городская беднота и мелкие торговцы. Общественно-экономическая и политическая отсталость Ирана обусловила религиозную форму восстаний и руководство ими представителями низшего духовенства и мелкой торговой буржуазии из секты бабидов. Антифеодальные чаяния народных масс приобретали у бабидов форму требования отмены частной собственности, а борьба против эксплуатации превращалась в мечты о счастливом царстве бабидов с общностью имущества и равенством людей.

Тайпинское восстание привлекло к себе пристальное внимание К. Маркса и Ф. Энгельса. К. Маркс посвятил ему ряд статей («Революция в Китае и в Европе), в которых подчеркнул его большое прогрессивное историческое значение. Это восстание народных масс Китая было встречено с искренним сочувствием передовой демократической общественностью России и др. стран, что нашло выражение, в частности, в русской революционно-демократической публицистике.

Литература о Тайпинском восстании насчитывает несколько сот названий, главным образом на китайском языке. Во многих книгах цинских авторов Тайпинское востание характеризуется как бессмысленный бунт черни, разрушительное бандитское движение, прославляются его цинские и западные палачи и душители. В ряде других произведений западных историков оно изображается либо как неудавшаяся попытка силой оружия утвердить в Китае христианство в качестве господствующей и единственной религии, либо как попытка низвергнуть некий «конфуцианский строй» и утвердить «тоталитарный режим. В гоминьдановской историографии и в некоторых западных исследованиях Тайпинское востание характеризуется как мощное патриотическое выступление китайского народа против тиранического господства маньчжуров, как своего рода «социальная, национальная и религиозная революция.

Освещение Тайпинского восстания как антифеодальной и антиманьчжурской крестьянской войны дается в марксистской историографии. В современной историографии Тайпинскому востанию посвящены работы Г.С. Кара-Мурзы и В.П. Илюшечкина. Из книг историков КНР следует отметить: Ло Эр-ган; Моу Ань-ши; Ли Чунь.

Специальных исследований, посвященных Бабидским восстаниям, на персидском языке не имеется. Придворные иранские хроники излагают их в крайне тенденциозном, враждебном к восставшим духе, клевещут на бабидов, рисуют их бродягами и подонками общества и т. д. В западноевропейской литературе бабидское движение рассматривается только как зарождение новой религии, игнорируется социальный характер движения. В значительной мере эта точка зрения повторяется и иранскими авторами, которые в работах на другие темы касаются Бабидских восстаний. Единственная в русской дореволюционной литературе работа А. Казем Бека, посвященная бабидским восстаниям, основана главным образом на данных иранской придворной хроники «Насех-от-таварих». Хотя Казем Бек и не видел в Бабидских восстаний антифеодального народного движения, но все же он пытается объяснить причины Бабидских восстаний политическим гнетом и пишет, что бабиды стремились к изменению существующего политического строя. Современные востоковеды вскрыли подлинные причины и характер Бабидских восстаний.

1. ПРИЧИНЫ ВОСТАНИЙ, ДВИЖУЩИЕ СИЛЫ И ТРЕБОВАНИЯ

бабидский тайпинский восстание феодальный

Общими причинами начала тайпинских и бабидских восстаний явилось закабаление Китая и Ирана иностранным капиталом, а также недовольство народа существовавшим феодальным строем.

Возможно, наиболее значительные последствия, приведшие к росту народного недовольства, имело все более увеличивавшееся отрицательное сальдо Китая в торговле с западными державами, что в свою очередь было результатом огромного увеличения ввоза в страну опиума. На протяжении 1820-1840-х гг. в результате торговых операций китайская экономика получила около 10 млн. лянов серебра прибыли, в то время как вывезено его из Китая было примерно 60 млн. Это отразилось на рыночном соотношении серебра и медной разменной монеты. Так, если в начале XIX в. за один лян серебра давали 1 тыс. медных монет (туц-зыр), то в начале 1840-х гг. — до 1500 монет. Последнее обстоятельство имело самое непосредственное отношение к проблеме налогового бремени. Как отмечалось выше, поземельный налог назначался в зависимости от количества и качества земли и исчислялся в граммах серебра. Непосредственная выплата производилась медной монетой в соответствии с реально складывающимся на рынке соотношением. Таким образом, реальное налоговое бремя, и в первую очередь на территории провинций Южного Китая, через которые и шла основная торговля с Западом, должно было увеличиться, и весьма существенно. История Китая с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1974. — С. 268.

Одной из причин тайпинского восстания было резкое ухудшение положения народа вследствие опиумной войны. Потерпев неудачу в первой опиумной войне 1840-42 гг. (одной из причин ее была попытка китайских властей пресечь ввоз опиума английскими контрабандистами в страну), Китай вынужден был пойти на заключение ряда неравноправных договоров и выплату огромной контрибуции. Для выплаты контрибуции Цинская династия облагала население все новыми налогами и повинностями. Поток же европейских промышленных товаров подрывал ремесленное производство и разорял китайских ремесленников. С каждым годом число недовольных росло. И как это традиционно было в истории Китая, все недовольные объединялись в тайные общества и секты, становившиеся инициаторами восстаний и бунтов.

В Иране борьба против феодальной собственности облекалась восставшими в форму требования отмены частной собственности, а стремление уничтожить эксплуатацию — в мечты о счастливом вечном царстве, где будут общность имущества и равенство людей.

Установление в Иране капитуляционного режима и заключение неравноправных договоров создали благоприятные условия для проникновения иностранного капитала и превращения Ирана в рынок сбыта для западноевропейских стран, главным образом английских промышленных товаров. С 1827 по 1834 г. ввоз английских текстильных товаров, которые составляли около 9/10 всего ввоза в Иран, возрос в 2,5 раза, а с 1833 по 1837 г. — почти втрое. Появившиеся в Иране иностранные фирмы и купцы вытеснили иранских купцов из внешнеторговых, а частично и внутриторговых оборотов Ирана. Конкуренция фабричных иностранных товаров разоряла иранское ремесло и домашнюю промышленность. Путь к развитию капиталистических мануфактур и фабрик, зародыши которых уже имелись в Иране к середине XIX в., был закрыт. Усилился рост товарно — денежных отношений, который вызвал обострение кризиса феодально-ленного земледелия и рост частнособственнических земель. Это приводило к возрастанию эксплуатации крестьян, к увеличению размеров забираемой землевладельцами у крестьян доли урожая и денежных поборов. Росло ростовщическое закабаление крестьян. Конкуренция английского текстиля, разоряет домашнюю промышленность — важное подспорье крестьян, усугубляла их и без того бедственное положение. Голод, эпидемии чумы и холеры систематически свирепствовали в разных районах страны. Многие крестьяне бежали из деревень в города, пополняя ряды городской бедноты. Недовольство распространялось не только среди крестьян, городской бедноты и ремесленников, но также и среди низшего духовенства и купечества, терпевшего убытки связи с иностранной конкуренцией. Всемирная история: Учебник для студ. вузов / под ред. Г. Б. Поляка. — М.: Культура и спорт, 1997. — С. 170.

Существовали также религиозные причины восстаний. В Иране особенно остро проявлялось народное недовольство в городах. Активную роль в этих выступлениях играло мусульманское низшее духовенство. Оно и выступило в качестве идеолога развернувшегося народного движения, придав ему религиозную окраску. Вместе с тем, поскольку движение было направлено против господствующего общественного строя, религиозная идеология движения оказалась направленной также и против официальной религии — шиизма.

В Китае большую роль в подготовке восстания сыграло общество поклонения богу (Байшандихой), основанное будущим верховным руководителем тайпинского движения Хун Сю-цюанем в 1843 в у. Хуасянь (провинция Гуандун) в качестве легальной христианской религиозной организации.

В Китае новые факторы, связанные с воздействием мирового рынка и капитализма, стали как бы частью традиционного механизма, действие которого приводило к обострению династийного кризиса и вспышке народного сопротивления.

К отмеченным обстоятельствам следует добавить и ряд других, носивших вполне традиционный характер. Народное недовольство вызвали последствия стихийных бедствий, обрушившихся на Китай в 40-е гг. XIX в. Плохое содержание ирригационных сооружений привело к тому, что в 1841 и 1843 гг. Хуанхэ прорвала дамбы, контролировавшие ее течение. Это вызвало затопление огромных территорий, в результате чего погибло около 1 млн человек. В 1849 г. в провинциях нижнего течения Янцзы случился один из самых жестоких неурожаев в XIX в. Засуха, ураганы и нашествие сельскохозяйственных вредителей почти полностью уничтожили посевы.

Движущими силами обоих восстаний были крестьяне, ремесленники, городская беднота и мелкие торговцы. Возглавили Бабидское восстание представители низшего духовенства и торговцев из секты бабидов. Социальный состав Тайпинского движения был разнородным — это было в полном смысле народное движение, собравшее под свои знамена людей разного общественного положения и различных национальностей. В его рядах были земледельцы-хакка, а также те, кто принадлежал к местным кланам, рабочие-углежоги и шахтеры, занятые на разработках в горных районах Гуанси, бедняки и состоятельные люди, выходцы из семей шэнъши, ханьцы и представители местных народов, в первую очередь чжуан, и др. Но, разумеется, основную массу составляли те, кого можно отнести к низам тогдашнего китайского общества, — его маргиналы и даже люмпены. Всемирная история: Учебник для студ. вузов / под ред. Г. Б. Поляка. — М.: Культура и спорт, 1997. — С. 184.

Читайте так же:  Как составить коллективную жалобу в Трудовую инспекцию на работодателя. Коллективная жалоба на работодателя в трудовую инспекцию образец

В Нанкине руководители Тайпинского восстания опубликовали «Земельную систему небесной династии» — утопическую программу преобразования китайского феодального общества в военизированное патриархальное общество, основанное на идеях «крестьянского коммунизма», на началах уравнительности всех его членов. Городское население делилось на мужскую и женскую общины, отношения между которыми были ограничены; последние в свою очередь делились на объединения по профессиональному признаку. Ткачи изготавливали ткани, женщины-швеи шили из них одежду, оружейники делали доспехи и мечи, а гончары — посуду для дворцов тайпинских правителей. Деньги в этом царстве уравнительного коммунизма были отменены, и каждый мог, по крайней мере, рассчитывать, что его нужды будут удовлетворены из общественных кладовых. Однако эта система, введенная в практику общественной жизни в Нанкине, просуществовала недолго и была отменена в результате протестов и недовольства горожан.

За этими мерами, принятыми тайпинами, стояло не только стремление на практике осуществить идеи примитивного социализма, весьма распространенные в традиционных обществах различных типов и питавшиеся идеологией сельских и городских низов, но и желание утвердить модель восточного деспотизма в ее наиболее чистом виде — так, как она была описана в древних трактатах. История стран Азии и Африки в новое время / под ред. Ф. М. Ацамба, ч. 1. — М.: Издательство Московского университета, 1995. — С. 79.

Этой же цели была подчинена и программа преобразований в сельских районах, так никогда и не осуществленная в жизни. Ее основные положения сформулированы в сочинении «Земельная система Небесной династии», автором которого был сам Хун Сюцюань. Эта система основывалась на уравнительном распределении земли между общинами, которые одновременно являлись религиозными и низшими военными объединениями. Их члены совместно отправляли культы, связанные с христианским учением, интерпретированным и преобразованным Хун Сюцюанем. Каждая из таких общин выделяла мужчин боеспособного возраста для службы в армии. Все, что превышало минимум необходимых потребностей, подлежало сдаче в государственные хранилища. В этом проявилось стремление Хун Сюцюаня утвердить образец восточного деспотизма в его наиболее классическом виде. Аграрная программа Хун Сюцюаня не была направлена на ликвидацию крупного землевладения. Ее цель состояла в экспроприации земли всех землевладельцев в пользу государства. Вряд ли можно было ожидать, что деревня (может быть, за исключением наиболее обездоленных ее жителей) охотно откликнется на выдвижение программы такого рода. Илюшечкин В.П. Крестьянская война тайпинов / В. П. Илюшечкин. — М.: Наука, 1967. С. 48.

Социальные требования в учении Баба отличались от требований тайпинов и были более умеренны; ближайшей целью его пропаганды было моральное воздействие на иранских правителей, которых он наивно надеялся обратить в новую веру. Он отводил торговле почетное место среди всех профессий и обещал, что в новом обществе, которое построят бабиды, будет осуществлена полная свобода торговли. Отвергая право властей насильственно взыскивать налоги, он в то же время признавал обязанность уплаты долгов и законность взимания процентов в случае продажи товаров в кредит.

В дальнейшем последователи Баба, теснее, чем он, связанные с народными массами, выдвинули более радикальную программу. Мулла Мохаммед-Али из Барфоруша, возглавивший бабидское движение в Мазандеране, смело призывал к неповиновению властям и к захвату имущества у богатых. Иванов И.С. Бабидские восстания в Иране. 1848-1852 / И. С. Иванов. — М.: Наука, 1939. — С. 63

2. ХОД ВОССТАНИЙ, ИХ ИТОГИ

2.1 Тайпинское восстание

Тайпинское восстание началось летом 1850 г., Хун Сюцюань призвал своих сторонников собраться в деревне Цзинь-тянь (тот же Гуйпин) в Гуанси, чтобы подготовиться к решительной борьбе с властями. На призыв откликнулись примерно 20—30 тыс. человек — мужчины, женщины, дети. Многие, продав все имущество, приходили к тайпинам целыми семьями и даже кланами.

Число сторонников движения росло, ему становилось тесно в отдаленном, богом забытом районе Гуанси. В январе 1851 г. было официально объявлено о начале восстания и образовании Небесного государства великого благоденствия, а также об основной цели восставших — свержении установившегося общественного порядка, воплощением которого в глазах тайпинов была правящая маньчжурская династия.

Тайпинское восстание принято разделять на несколько этапов. Первый этап охватывает 1850—1853 гг. Это было время, когда восставшие собирали силы, создавали вооруженные отряды, в дальнейшем превратившиеся в армии, и с боями продвигались на север. Он завершился осадой и захватом Нанкина, который был превращен тайпинами в столицу своего государства. Наивысший подъем восстания пришелся на 1853—1856 гг. В этот период инсургентам удалось не только создать вполне стабильное государственное образование на территории нескольких приморских провинций нижнего течения Янцзы, но и предстать в качестве реальной угрозы цинской династии. События, связанные с кровавой междоусобной борьбой в тайпинском руководстве осенью 1856 г., делят историю восстания на восходящий период и время, когда восставшие безуспешно пытались удержать завоеванное в тяжелой борьбе. 1856—1864 гг. — последний этап в тайпинской истории, завершившийся падением Нанкина и гибелью всех основных участников тайпинской драмы. Всемирная история: Учебник для студ. вузов / под ред. Г. Б. Поляка. — М.: Культура и спорт, 1997. — С. 250.

Осенью 1851 г. тайпины захватили небольшой город в северной Гуанси — Юнъань, где пробыли до весны следующего года. Здесь было завершено образование политических институтов тайпинского государства, Небесным ваном (правителем) стал Хун Сюцюань, что свидетельствовало о его главенствующем положении в тайпинской иерархии. Ян Сюцин, командующий тайпинс-кими войсками, получил титул Восточного вана. Вэй Чанхуэй стал Северным ваном, а Ши Дакай — Отдельным ваном. Каждый из этих правителей имел под своим командованием собственные вооруженные силы и административный аппарат. Верховным вождем считался Хун Сюцюань, которого вскоре стали приветствовать обращением «ваньсуй» (пожелание «десяти тысяч лет жизни»). Однако истинным военным руководителем и верховным администратором был Ян Сюцин, государственный талант которого раскрылся в полной мере. Впоследствии Хун большую часть времени проводил за написанием религиозных и философских сочинений, в то время как главное бремя государственных забот лежало на плечах Ян Сюцина.

Осенью 1852 г. тайпины были блокированы в Юнъане регулярными правительственными войсками. Сумев неожиданным ударом прорвать осаду, нанеся поражение цинским отрядам, пытавшимся остановить их, с боями они двинулись на север. Неудачи сменялись громкими победами. Тайпинам так и не удалось овладеть столицей Хунани г. Чанша, несмотря на его длительную осаду, однако наступление на Учан — столицу Хубэя — завершилось захватом этого важнейшего политического и военного центра Китая (февраль 1853 г.). В руки тайпинов, которых к этому времени насчитывалось, очевидно, до полумиллиона человек, попали запасы вооружения из учанских арсеналов. На Янцзы ими также было захвачено большое количество речных судов.

В сложившейся обстановке руководству повстанцев предстояло сделать серьезный выбор — решить, куда двигаться дальше. Можно было продолжить наступление на север с целью захвата столицы и свержения маньчжурской власти. Избери тайпины этот вариант, им, возможно, удалось бы сбросить цинское владычество, поскольку в этот момент центральное правительство не располагало сколько-нибудь значительными силами между Учаном и Пекином, способными остановить инсургентов.

Однако было принято другое решение — повернуть на восток и, спустившись по течению Янцзы, овладеть Нанкином и превратить его в столицу тайпинского государства. За этим решением стояли опасения повстанцев, бывших южан, слишком далеко уходить на север, который представлялся им незнакомым и чуждым. Не последнюю роль сыграли также воспоминания о том, что победитель монгольской династии Юань Чжу Юаньчжан также сначала столицей своего государства сделал именно Нанкин. Кара-Мурза Г.С. Тайпины. Великая крестьянская война и тайпинское государство в Китае 1860-1864 / Г. С. Кара-Мурза. — М.: Наука, 1957. — С. 40.

В марте после ожесточенной осады тайпины захватили Нанкин. С этого времени город оставался столицей Небесного государства вплоть до его падения в 1864 г.

Второй этап: Сделав своей базой провинции центрально-южного Китая, расположенные главным образом в бассейне нижнего течения Янцзы, восставшие не отказались полностью от идеи подчинения Северного Китая. Уже весной 1853 г. ими была организована первая экспедиция для завоевания Пекина. Несмотря на то что войсками командовал один из наиболее талантливых тайпинских военачальников, поход закончился неудачей, главным образом из-за недостаточного количества сил. К октябрю того же года армии, численность которой сократилась до 20 тыс. человек, удалось дойти до пригородов Тяньцзиня, но взять город столь немногочисленные силы, лишенные к тому же осадной артиллерии, не смогли. Посланный в начале 1854 г. на помощь второй отряд, насчитывавший приблизительно 40 тыс. человек, не смог поправить дело. Оправившись к этому времени от первых поражений, цинские войска после нескольких месяцев упорных боев разгромили обе армии, участвовавшие в северной экспедиции, их командиры были взяты в плен и казнены. Таким образом, тайпины как минимум дважды упустили реальный шанс положить конец маньчжурскому правлению и объединить Китай под властью Небесного вана. Кара-Мурза Г.С. Тайпины. Великая крестьянская война и тайпинское государство в Китае 1860-1864 / Г. С. Кара-Мурза. — М.: Наука, 1957. — С. 45.

Вначале правительственные силы были слишком слабы и постоянно терпели поражения от восставших. Опасаясь вступить с тайпинами в решающее сражение, цинские армии следовали за ними на почтительном расстоянии. После того как тайпины осели в Нанкине, правительственные войска создали два укрепленных лагеря на подступах к городу, накапливая силы и готовясь к решительному сражению, которое должно было привести к перелому в военных действиях. Однако этот перелом был связан не столько с активностью войск центрального правительства, сколько с формированием новых вооруженных сил, находившихся под контролем китайских чиновников-военачальников и созданных на основе отрядов ополчения могущественных кланов в тех районах, по которым прокатились волны тайпинского нашествия. Первыми такими соединениями были отряды «хунаньских молодцов», сформированные по разрешению цинского правительства видным чиновником хунаньского происхождения Цзэн Го-фанем (1811—1872 гг). Первые победы над тайпинами принадлежали именной хунаньской армии. История Китая с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1974. — С. 281.

Создание китайских армий, находившихся под контролем именно китайских, а не маньчжурских военачальников, означало очень многое с точки зрения будущности тайпинского государства. Местная китайская элита, представленная могущественными кланами и связанным с ними чиновничеством, предпочла оказать поддержку маньчжурской династии, а не тайпинам, разрыв которых с общественными устоями конфуцианской государственности оказался слишком радикальным.

Складывание региональных военных формирований, находившихся под номинальным контролем центра, имело и еще одно весьма важное для будущего политического развития Китая последствие: тем самым были заложены ростки явления, которое в китаеведческой литературе принято называть «региональным милитаризмом». Суть его состояла в том, что ослабленная развивавшимся династийным кризисом, внутренними смутами и внешними вторжениями императорская власть была уже не способна удерживать страну в рамках системы централизованного контроля. Влиятельные местные чиновники, подчинившие себе многочисленные вооруженные формирования, созданные первоначально для борьбы с тайпинами, превращались в силу, политически весьма независимую от пекинских властей. Этот процесс имел и другую сторону — «региональными милитаристами» были не маньчжуры, а представители китайской по своему происхождению чиновничьей элиты. В этом находило выход ее стремление к социальному самоутверждению, и маньчжурская правящая группа, желавшая продолжения своего правления в Китае, вынуждена была с этим смириться.

Между тем, превратившись во властителей Нанкина и территории площадью примерно 50 на 100 км вокруг него, тайпинские правители все более утрачивали облик аскетических руководителей народного движения. Содержание кладовых использовалось для строительства роскошных дворцов, содержания многочисленной челяди и гаремов. Уравнительные принципы, не забытые окончательно, были оставлены исключительно для подданных.

Именно в Нанкине, положение в котором прочно контролировалось тайпинской администрацией и армией, повстанцы на практике попытались реализовать свое видение общества «всеобщей гармонии». Городское население делилось на мужскую и женскую общины, отношения между которыми были ограничены; последние в свою очередь делились на объединения по профессиональному признаку. Ткачи изготавливали ткани, женщины-швеи шили из них одежду, оружейники делали доспехи и мечи, а гончары — посуду для дворцов тайпинских правителей. Деньги в этом царстве уравнительного коммунизма были отменены, и каждый мог, по крайней мере, рассчитывать, что его нужды будут удовлетворены из общественных кладовых. Однако эта система, введенная в практику общественной жизни в Нанкине, просуществовала недолго и была отменена в результате протестов и недовольства горожан.

За этими мерами, принятыми тайпинами, стояло не только стремление на практике осуществить идеи примитивного социализма, весьма распространенные в традиционных обществах различных типов и питавшиеся идеологией сельских и городских низов, но и желание утвердить модель восточного деспотизма в ее наиболее чистом виде — так, как она была описана в древних трактатах. Илюшечкин В.П. Крестьянская война тайпинов / В. П. Илюшечкин. — М.: Наука, 1967. — С. 101.

Тем не менее, практическое проведение политики тайпинской администрации в жизнь в перешедших под ее контроль сельских районах говорило о ее определенных социальных ориентациях. В сущности, тайпины не приняли практических мер, которые можно было бы интерпретировать как стремление изменить характер аграрного строя. Правда, они пытались, сократить арендную плату в случае неурожая или стихийных бедствий. Впрочем, все это входило в традиционный перечень мер, которые должна была осуществлять любая династия, стремившаяся управлять в соответствии с принципами дао и дэ.

В целом, однако, вплоть до осени 1856 г. положение в тайпинском лагере оставалось стабильным. Тайпинам удалось удерживать весьма значительную территорию, имевшую стратегическое значение, и не только успешно отбивать атаки, но и наносить поражения правительственным войскам и отрядам местных военных предводителей, выступивших на стороне цинского правительства.

Тайпинское государство было резко ослаблено внутренней борьбой, вспыхнувшей осенью 1856 г. и отметившей собой рубеж, после которого восстание пошло по нисходящей линии. Причины происшедшего по-разному оценивались историками, но более всего это походило на стремление захватить верховную власть в тайпинском государстве. Действующими лицами сентябрьских событий были все основные руководители тайпинского государства, сумевшие уцелеть в ходе походов и боев. Прежде всего, это была борьба между Небесным ваном Хун Сюцюанем и его наиболее влиятельным соратником Ян Сюцином, уже ко времени занятия Нанкина сосредоточившим главные нити политического и военного контроля в своих руках.

После превращения Нанкина в тайпинскую столицу отношения между ними стали резко ухудшаться, начало чему было положено еще в конце 1853 г., когда Ян под предлогом того, что его устами вещает сам Бог Отец, осудил Хуна за недостойное поведение, объявив, что он «начал слишком много грешить». Илюшечкин В.П. Крестьянская война тайпинов / В. П. Илюшечкин. — М.: Наука, 1967. — С. 107.

В начале лета 1856 г. произошел еще один эпизод, который также можно было истолковать как претензию Ян Сюцина на захват главенствующего положения в тайпинской иерархии. На этот раз «Бог Отец» потребовал, чтобы Хун Сюцюань пожелал ему, Ян Сюцину, не «девять тысяч лет жизни», а все «десять», что по существующему церемониалу было положено желать только самому Хун Сюцюаню.

Читайте так же:  Штора вместо двери и перегородки. Оформить шкаф шторой

Ян Сюцин, который деспотическими методами правления восстановил против себя других тайпинских руководителей, для рядовых тайпинов продолжал оставаться любимым и почитаемым предводителем восстания. Об истинных причинах сентябрьских событий 1856 г. можно строить предположения, внешне же их канва выглядит следующим образом.

На рассвете 2 сентября 1856 г. части, верные Северному вану Вэй Чанхуэю, ворвались в резиденцию Яна и безжалостно уничтожили всех, кто там находился, включая и самого Ян Сюцина. Через несколько дней после этого был издан эдикт от имени Хун Сюцюаня, в котором Вэй Чанхуэй подвергался осуждению за происшедшее, более того, он был приговорен к публичному наказанию палками во дворце верховного правителя тайпинов. Уцелевшие сторонники Ян Сюцина, которых в Нанкине насчитывалось несколько тысяч человек и которые, несомненно, представляли опасность для участников заговора, желая быть свидетелями унижения своего врага, без оружия собрались в указанном месте. Но здесь они были окружены бойцами Вэй Чанхуэя и безжалостно и хладнокровно уничтожены.

Узнав о случившемся, Ши Дакай, находившийся в это время на войне, снял войска с передовых позиций и в октябре объявился у стен Нанкина. Происшедшее вызвало его крайнее осуждение, которое он и не пытался скрывать. Вэй готовил расправу и над Ши Дакаем, надеясь таким образом избавиться от основных соперников в борьбе за главную роль в тайпинской державе. Кара-Мурза Г.С. Тайпины. Великая крестьянская война и тайпинское государство в Китае 1860-1864 / Г. С. Кара-Мурза. — М.: Наука, 1957. — С. 57.

Ши Дакаю чудом удалось избежать смерти. Получив сообщение о готовящейся расправе над ним, он бежал из города. По одним сведениям, его верные люди помогли ему спуститься с городской стены по веревке, по другим — телохранители вынесли его за пределы Нанкина в корзине, в которой обычно зеленщики доставляли в город овощи. Тогда по распоряжению Вэя была совершена расправа над членами семьи Ши Дакая, оставшимися в городе.

Однако победа Вэй Чанхуэя была непродолжительной. Через месяц по требованию Ши Дакая и других многочисленных руководителей тайпинов он был лишен жизни вместе с несколькими сотнями своих приверженцев. Ши Дакай с триумфом вернулся в Нанкин.

Не совсем ясна роль, которую в этих событиях играл Хун Сюцюань. Скорее всего, он являлся участником заговора, направленного против Яна, но впоследствии стал опасаться чрезмерного усиления власти того, кто, выполняя его волю, расправился с Восточным ваном. Тем не менее, устранение Вэй Чанхуэя, а которого и была возложена вся ответственность за трагические события, помогло ему сохранить ореол верховного правителя, чрезмерным доверием которого воспользовались враждебно настроенные приближенные. История Китая с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1974. — С. 294.

Последовавшие государственные перевороты и контрперевороты были поистине ужасны. Погибли тысячи людей, составлявшие цвет тайпинского военного командования и политического руководства. По данным источников, их число составило более 20 тыс. человек.

Все это вызвало рост взаимного недоверия в тайпинском руководстве и в конечном счете привело к расколу движения. В 1856 г. Ши Дакай, очевидно не без оснований опасавшийся за свою безопасность, покинул Нанкин и со своими вооруженными приверженцами (около 100 тыс.) отправился в самостоятельный поход, надеясь основать новый центр тайпинского движения в богатой провинции Сычуань.

События осени 1856 г. нанесли тайпинскому движению удар, от которого оно по-настоящему так и не смогло оправиться. Однако, несмотря на это, тайпины продолжали оказывать упорное сопротивление, отстаивая территорию своего государства еще почти 10 лет. За это время выдвинулись новые талантливые руководители и государственные деятели, которые вынашивали проекты реформ, способных изменить облик традиционного китайского общества, сделав его более современным.

Между тем силы, боровшиеся против тайпинов, все увеличивались. Главное бремя гражданской войны несли на себе региональные вооруженные формирования, значение которых все более росло. Под командованием Ли Хунчжана (1823-1901), служившего несколько лет в армии «хунаньских молодцов» Цзэн Гофаня, в начале 60-х гг. образуется Хуайская армия. В нанесении решающих ударов по тайпинам принял участие Цзо Цзунтан (1812—1885), возглавивший действовавшую против них армию в пров. Чжэцзян.

Эти армии, вооруженные и обученные на европейский манер, далеко превосходили тайпинские войска по оснащенности, но уступали им в боевом духе. С начала 60-х гг. иностранцы, отказавшись от политики нейтралитета, которого они придерживались с начала восстания, также начинают вмешиваться в военные действия, выступая на стороне пекинского правительства. С их точки зрения, тайпины, отказавшиеся подтвердить положения Нанкинского договора 1842 г., являлись менее удобными партнерами, чем маньчжурское правительство. На стороне маньчжуров воевали отряды европейских наемников. Позднее были созданы специальные подразделения, в которых иностранцам была отведена роль офицерского корпуса, рядовыми же бойцами были китайцы.

В 1862 г. Щи Дакай, стремясь превратить в новую базу тайпинского движения провинцию Сычуань, был блокирован на берегах горной реки Дадухэ превосходящими силами противника. Положившись на обещание, данное цинским командованием, в случае добровольной сдачи сохранить его бойцам и ему самому жизнь, он сдался на милость победителей. Однако слова они не сдержали. Рядовые бойцы были преданы мечу, а сам Ши Дакай перевезен в Чэнду и там казнен. Кара-Мурза Г.С. Тайпины. Великая крестьянская война и тайпинское государство в Китае 1860-1864 / Г. С. Кара-Мурза. — М.: Наука, 1957. — С. 66.

В начале 1864 г. столица Небесного государства была подвергнута блокаде правительственными войсками. Весной подвоз продовольствия в город прекратился, стала реальной угроза голода Хун Сюцюань, глубоко уверенный в том, что вмешательство Божественных сил поможет его державе преодолеть все испытания, отказался обсуждать, возможно, разумные предложения о прорыве блокады и уходе на юг, откуда и началось само движение.

К лету 1864 г. стало очевидным, что помощи ждать неоткуда. Видимо, приняв яд, 1 июня 1864 г. Хун Сюцюань скончался, а в конце июля начался решающий штурм столицы Небесного государства. Сигналом к штурму города был подрыв неприятелем части мощных оборонительных стен, окружавших Нанкин. Пятнадцатилетний сын Хуна, коронованный в качестве Небесного вана, несмотря на помощь опытных и верных советников, был бессилен что-либо сделать.

Тем не менее юному правителю в окружении небольшой группы наиболее преданных и близких сановников (в нее входили Ли Сючэн и Хун Жэньган) вместе с вооруженным отрядом удалось вырваться из Нанкина, где последние защитники тайпинского государства вступили в уличные бои с войсками цинского правительства. Они сражались до последнего человека.

В октябре Небесный ван был захвачен и казнен (Ли Сючэн попал в плен и был предан смерти еще ранее). Но разрозненные тайпинские отряды продолжали сопротивление и после гибели своих предводителей. Одни из них боролись на севере, на территории провинций Аньхуэй и Шаньдун, другие — оказывали сопротивление на юге. Одна из групп тайпинов под давлением правительственных войск даже перешла границу с Вьетнамом и впоследствии приняла участие в событиях франко-китайской войны 1884-1885 гг. История Китая с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1974. — С. 309.

2.2 Бабидские восстания

Бабидское восстание началось в 1844 г. в г. Ширазе 23-летний сеид по имени Али-Мохаммед объявил себя «бабом», т. е. посредником между народом и грядущим мессией — «имамом махди» (арабское слово «баб» означает «дверь», в данном случае посредник). Сама по себе мессианская идея не была новой. Предстоящий приход «махди» признавала также и официальная шиитская религия, и различные мусульманские секты — исмаилитов, шейхатов и др. Пропаганда Баба носила таким образом не столько религиозный, сколько социально-политический характер. В короткий срок число последователей Баба — бабидов — стремительно возросло. «Люди толпами собирались на поклонение Бабу, — писал один из его учеников,- задавали ему различные вопросы и многие уверовали в него».

Власти пытались задушить бабидское движение. В 1847 г. Али-Мохаммед был арестован и заключен в крепость в городе Маку. Но гонения привлекли к бабидам еще большее сочувствие масс. Сидя в макинской крепости, Баб поддерживал при помощи преданных ему людей связь со своими сторонниками. Здесь он завершил свое основное произведение «Беян» («Откровение»), ставшее руководящей книгой бабидов, как бы новым Кораном. Тогда же Баб объявил, что он и есть ожидаемый имам махди. В дальнейшем последователи Баба, теснее, чем он, связанные с народными массами, выдвинули более радикальную программу. Мулла Мохаммед-Али из Барфоруша, возглавивший бабидское движение в Мазандеране, смело призывал к неповиновению властям и к захвату имущества у богатых. Коран и шариат, заявлял он, утратили свою силу. Люди теперь свободны от выполнения всяких повинностей по отношению к своим господам, в том числе и от уплаты налогов. В наступающем Царстве справедливости, утверждал Мохаммед-Али, «все люди, бывшие до сих пор высокими и важными, станут низкими, а люди низкие — высокими». На земле не должно быть частной собственности: тот, кто владеет каким-либо предметом как частный собственник, лишает других людей возможности пользоваться этим предметом. В царстве махди все будет по-иному: «Люди пойдут по базарам и, читая молитвы, будут брать из лавок все, что хотят». Взгляды эти были утопичны, но они отражали чаяния обездоленных масс иранского народа. В Хорасане с пламенной проповедью таких взглядов выступал мулла Хосейн из деревни Бушруйе. В Казвине огромной популярностью пользовалась проповедница по имени Заррин Тадж, получившая прозвище Куррат-уль-айн (Прохлада очей). Молодая женщина редкой красоты и большого поэтического дарования, она покинула свой дом и семью, чтобы бороться за осуществление идеалов бабизма. Иванов И.С. Бабидские восстания в Иране. 1848-1852 / И. С. Иванов. — М.: Наука, 1939. — С. 47.

Летом 1848 г. большая группа бабидов, возглавляемая Мохаммедом-Али и Куррат-уль-айн, собралась в селе Бедашт (на границе между Мазандераном и Хорасаном). В течение нескольких дней при участии многочисленных приверженцев, прибывших из соседних городов и деревень, бабиды обсуждали принципы нового учения. На бедаштских собраниях и была сформулирована демократическая программа бабидов, положенная в основу их дальнейшей деятельности.

Это был новый этап в развитии бабидского движения. Заботы Баба об интересах Торговцев как бы отходили на второй план. Наибольшее внимание бабидами уделялось теперь требованиям широких народных масс. Попытки Баба повлиять на правящие круги были отброшены. В бедаштских выступлениях горячо прозвучал призыв к открытой борьбе против господствующего строя.

Еще в начале 40-х годов иранское правительство оказалось в чрезвычайно затруднительном положении в результате углубления конфликта с Турцией, за которой стояла Англия. Непосредственной причиной конфликта были ирано-турецкие пограничные столкновения. В 1841 г. иранские войска заняли Мохаммеру, незадолго до этого захваченную турками у зависимых от Ирана арабских племен. В следующем году иранские войска вступили в пределы Ирака, разгромили турецкие войска и заняли священный для шиитов город Кербелу. Но в самом начале 1843 г. турецкие войска напали на Кербелу, перебили находившихся там иранских солдат и учинили резню местного населения.

Известия об этих событиях вызвали в Иране всеобщее возмущение. Иранское правительство готовилось ответить Турции войной, но, сознавая свою слабость и опасаясь осложнений с Англией, было вынуждено вступить с Турцией в переговоры при участии также держав-посредниц — Англии и России, из которых первая поддержала Турцию, а вторая — Иран. Согласно заключенному Эрзурумскому трактату (вступившему в силу в 1847 г.), Мохаммера была признана владением Ирана, но Иран уступил туркам важную в стратегическом отношении западную часть Зохабского округа и признал ирано-турецкую границу по левому берегу Шатт-эль-Араба. История Ирана. — М.: Просвещение, 1977. — С. 215.

Правительство Англии усилило в эти годы давление на Иран при посредстве феодалов-сепаратистов. В 1846 г. хорасанский хан Салар, получив денежную поддержку от англо-индийских властей, поднял открытый мятеж против иранского правительства. Салар предъявил шаху требование вернуть из эмиграции его отца Аллаяр-хана, высланного из Ирана, и назначить его на пост садразама (первого министра) и хорасанското правителя.

Все это порождало тревогу в правящем классе и вызывало у отдельных его представителей стремление укрепить центральную власть, создать боеспособною армию, упорядочить финансы, устранить вмешательство иностранных держав. Выразителем этих взглядов явился видный иранский дипломат и государственный деятель Мирза Таги-хан. Одно время он был командующим армией в Тебризе с титулом амир-низама (князь войск) и уже тогда проявил большую энергию в деле реорганизации армии, хотя его усилия вследствие общей обстановки в Иране остались по существу безрезультатными. Столь же бесплодными были попытки Таги-хана бороться со взяточничеством и подкупами, царившими среди офицеров и чиновников. В 1843-1847 гг. Таги-хан вел дипломатические переговоры с Турцией, завершившиеся подписанием Эрзурумского трактата. Ознакомление с реформами, проводившимися в Турции в период танзимата, укрепило Таги-хана в. решимости добиваться аналогичных преобразований и в Иране.

По возвращении из Турции Таги-хан снова отправился в Тебриз и находился там при валиахде (наследнике престола), шестнадцатилетнем принце Насер-эд-дине, Валиахд по традиции являлся правителем Иранского Азербайджана. Таги-хан пользовался у него полным доверием и фактически управлял этой провинцией.

В сентябре 1848 г. умер Мохаммед-шах, после чего Насер-эд-дин во главе войска, которым командовал Таги-хан, прибыл в столицу и вступил на престол. Воцарение Насер-эд-дина означало укрепление позиций Мирзы Таги-хана, занявшего пост первого министра.

Слабость шахского правительства позволила бабидам перейти от пропаганды своих идей к решительным действиям. В октябре 1848 г., вскоре после получения известия о смерти Мохаммед-шаха, около 700 бабидов во главе с муллой Мохаммедом-Али, вынужденные покинуть Барфоруш, заняли расположенную неподалеку от этого города гробницу Шейх-Таберси и прилегающую к ней местность. Гробница считалась святыней и по старинным обычаям рассматривалась как неприкосновенное убежище (бест). Здесь бабиды и решили обосноваться, с тем, чтобы провести в жизнь свои общественные идеалы. Иванов И.С. Бабидские восстания в Иране. 1848-1852 / И. С. Иванов. — М.: Наука, 1939. — С. 53.

Окрестные ханы попытались было захватить Шейх-Таберси, но бабиды отбили, нападение. Вслед за тем бабиды соорудили у Шейх-Таберси земляную крепость с башнями и бойницами, окружили ее валом и рвом, наполненным водой, а внутри крепости построили дома для жилья. К тому времени, как к Шейх-Таберси подошли правительственные войска, посланные для подавления восстания, число бабидов, укрывшихся в крепости, возросло до 2 тыс. На помощь защитникам Шейх-Таберси шли люди из соседних и даже отдаленных городов и сел, стремившиеся принять участие в борьбе за установление бабидского «царства справедливости». Крестьяне привели с собой много скота, доставили продовольствие и фураж. Ремесленники занялись производством оружия и боевых припасов, изготовлением орудий труда, шитьем одежды. Главными руководителями борьбы стали Мохаммед-Али барфорушский и отважный Хосейн из Бушруйе.

Бабиды жили в Шейх-Таберси в соответствии с провозглашенными ими принципами. Все имущество они считали общим и пользовались им сообща. Продовольственные и другие запасы находились в общественных амбарах и распределялись специально выделенными для этого уполномоченными. Питались бабиды из общего, котла. «. Выделили повара для варки пищи, — писал об этом один из учеников Баба, — на каждых двух человек дали по миске, усаживались в круг и по-братски, в крайней степени радости и веселья наслаждались жизнью, не зная бедности и горя». История Ирана. — М.: Просвещение, 1977. — С. 236.

Читайте так же:  Поиск пропавших почтовых отправлений. Почта россии образец заявления на розыск почтового отправления

Шахское правительство, не полагаясь больше на местных ханов, которым бабиды нанесли еще одно серьезное поражение, направило в ноябре 1848 г. в Шейх-Таберси двухтысячный отряд регулярных войск. Шахская армия осадила крепость. Но в январе 1849 г. бабиды совершили смелую вылазку и разбили правительственные войска. Под влиянием этой победы бабидское движение развернулось в Зенджане (Иранский Азербайджан), а также в провинции Фарс. Пропаганда бабизма, усилилась и в Тегеране.

В правительственных кругах и среди провинциальных феодалов царила паника. Мирза Таги-хан признавал бабидов более опасными противниками, чем даже хорасанского хана Салара. Таги-хан в это время исчислял количество бабидов в Иране в 100 тыс. человек, а русский посол в Тегеране князь Долгорукий, устрашенный революцией 1848 г. в Европе, даже утверждал, что бабиды «насаждают коммунизм вооруженной силой». История стран Азии и Африки в новое время / под ред. Ф. М. Ацамба, ч. 1. — М.: Издательство Московского университета, 1995. — С. 172

Правительство направило в Мазандеран новые, еще более многочисленгые отряды войск с артиллерией. Но попытки взять Шейх-Таберси штурмом не удалось. Тогда бабидская крепость была подвергнута полной блокаде. Бабиды стали испытывать голод; обнаружилась нехватка оружия и пороха. Артиллерийским огнем были разрушены дома. Осажденные продолжали тем не менее бороться с изумительной храбростью. Редко у кого из них были ружья. Обычно они шли в атаку с самодельными саблями, копьями и кинжалами. Сомкнутым строем они бросались на врагов и сражались до последнего человека.

В одной вылазке был убит Хосейн. В боях и от голода погибло много людей. К весне число защитников крепости уменьшилось до 250, тогда как количество осаждавших их шахских войск достигло 10 тыс. Измученные голодом и лишениями бабиды вступили в переговоры. Командующий правительственными войсками торжественно поклялся отпустить всех бабидов прекративших борьбу. Но когда в первых числах мая 1849 г. уцелевшие бабиды вышли из крепости, всех их немедленно окружили и обезоружили. Рядовые бабиды были тут же истреблены, а руководители во главе с Мохаммедом-Али закованы в кандалы, доставлены в Барфоруш и там после зверских пыток публично казнены. Построенная бабидами крепость была сравнена с землей.

Так закончилось мазандеранское восстание бабидов, длившееся семь месяцев. Однако волнения в стране не прекратились. В начале 1850 г. произошло бурное, хотя и кратковременное восстание бабидов в Йезде. Почти в то же самое время группа тегеранских бабидов подготовила покушение на шаха и Мирзу Таги-хана. Заговор был раскрыт, и семеро бабидов публично казнены на главной площади столицы.

Перед смертью они мужественно подтвердили свою верность учению Баба. В народе о них сохранилась память как о мучениках за справедливое дело.

Летом 1850 г. вспыхнули новые крупные восстания в мае — в городе Зенджане, в июне — в Нейризе (в провинции Фарс). Шахское правительство решило, что для устрашения бабидов нужно казнить Баба, что и было выполнено в июле 1850 г. Но восстания продолжались. В Зенджан шахские власти направили армию в 30 тыс. человек. Занятая бабидами часть города подверглась жестокой бомбардировке, но повстанцы не сдавались. Тогда их окружили, и началась длительная осада. Зенджанские бабиды проявили такую же отвагу, как и защитники Шейх-Таберси. В боях участвовали не только мужчины, но и женщины и даже дети. Командиром одного отряда была молодая девушка, принявшая имя легендарного иранского героя Рустама.

Зенджанское восстание было подавлено только в декабре 1850 г. Как и в Шейх-Таберси, сдавшиеся на милость победителя бабиды подверглись безжалостному истреблению. Всемирная история: Учебник для студ. вузов / под ред. Г. Б. Поляка. — М.: Культура и спорт, 1997. — С. 288.

Меньшим по размерам и менее организованным было Нейризское восстание. В отличие от предыдущих выступлений бабидов в нем участвовали главным образом крестьяне. Через месяц после начала восстания шахские войска овладели занятой бабидами крепостью и перебили ее защитников, но вскоре нейризские крестьяне снова восстали. На этот раз они сопротивлялись долго и упорно. Укрепившись в горах, повстанцы повели против шахских войск партизанскую войну и прекратили борьбу только после того, как иссякли боеприпасы. Над захваченными в плен бабидами учинили зверскую расправу: их сжигали, расстреливали; руководители восстания после мучительных истязаний были публично казнены.

Восстание в Нейризе было последним массовым выступлением бабидов. В течение 1851-1852 гг. бабиды неоднократно поднимали вооруженную борьбу, но широкие массы уже отошли от движения. Разрозненные вспышки бабидских восстаний в Иранском Азербайджане и в некоторых других провинциях теперь быстро подавлялись правительством.

Крестьянская война тайпинов

Крестьянская война тайпинов

Эта форма вначале оказалась традиционной для Китая, т.е. такой, в которой почти не была заметной антииностранная, антизападная линия недовольства. Даже напротив, чуждые традиционной структуре западные христианские идеи сыграли чуть ли не решающую роль в формировании той идейной доктрины, под знаменем которой многомиллионные массы китайского крестьянства выступили против царствующей династии и даже были близки к тому, чтобы одержать над ней верх. Как это могло случиться и как это понимать?

Кризис империи начался, как упоминалось, с увеличения ввоза в Китай опиума, результатом чего было как массовое отравление населения южных провинций страны, так и выкачка из нее серебра и связанный с этим резкий финансово-экономический дисбаланс (лян, т.е. унция серебра, в 1830 г. соответствовал примерно 1000 медяковвэней, в начале 40-х годов – полутора тысячам, в 1848 г. – двум тысячам, а в начале 50-х годов – почти пяти тысячам). Обесценение медяков, в которых вели свои расчеты миллионы крестьянских семей, вело к росту налогов (ставки налога традиционно исчислялись в лянах) и массовому разорению земледельцев, что, в свою очередь, послужило причиной восстаний, вспыхивавших в Китае одно за другим, особенно на юге, в конце 40-х годов. Восстаниями руководили различные тайные общества, идейно-доктринальная основа которых при всем разнообразии восходила примерно к одинаковому набору лозунгов и требований, окрашенных чаще всего в религиозные, преимущественно даосско-буддийские цвета: восстановить социальную справедливость, покарать нерадивых чиновников, отнять излишки у богатых. На этом общем фоне в начале 50-х годов выделилось движение тайпинов.

Идея тайпин (великое равенство) восходит к рубежу нашей эры и в свое время вдохновила участников восстания «Желтых повязок» в Хань. Однако теперь она стала интерпретироваться несколько иначе. Идеолог движения тайпинов Хун Сю-цюань (1814–1864), неудавшийся претендент в конфуцианские сюцаи (он трижды терпел поражение на экзаменах на первую степень), в начале 40-х годов в Гуанчжоу (Кантоне), куда он ездил сдавать экзамены, сблизился с христианскими миссионерами и проникся их идеями. Из христианства Хун взял, во-первых, идею о высшем едином Боге, чьим пророком он вскоре стал себя воспринимать, а во-вторых, столь близкую китайской традиции идею о социальном равенстве и справедливости, которую он идентифицировал с принципом тайпин[12].

Хун основал новое «Общество поклонения Богу» с традиционной для китайцев внутренней сплоченностью, железной дисциплиной, полным повиновением младших и низших высшим и старшим. Он резко выступил против привычных для восставшего китайского крестьянства даосско-буддийских лозунгов и изображений, заменив их почитанием высшего христианского Бога, идентифицированного в какой-то мере с конфуцианским Небом, что, однако, на практике вполне сочеталось как с традиционным конфуцианским культом морального совершенства, самодисциплины, ритуального церемониала, так и со столь же традиционными даосско-буддийскими требованиями равенства в его наиболее примитивной уравнительной форме. Эта смесь оказалась достаточно жизнеспособной для того, чтобы увлечь миллионы ставших тайпинами китайских крестьян. Войско тайпинов, хорошо организованное, разбитое на мелкие военно-религиозные ячейки с совместным строго регламентированным бытом (общность имущества и снабжение из общих складов, казарменные условия существования), стало быстро одерживать победу за победой, занимать один южнокитайский город за другим. Сделав своей столицей Нанкин, тайпины вскоре оказались перед необходимостью организовать управление уже достаточно большим государством. Казарменный аскетизм был для этого недостаточен. Пришлось ориентироваться на традиционные китайские формы управления, вплоть до конфуцианских экзаменов на ученую степень. Естественно, это не могло не поколебать прежних устоев и принципов идеологии тайпинов.

Уже в середине 50-х годов движение тайпинов, как это не раз случалось в аналогичной ситуации с крестьянскими восстаниями в Китае, обрело очертания привычной для империи бюрократической структуры. Руководители движения получили княжеские титулы, обзавелись дворами и гаремами, стали ожесточенно соперничать между собой за власть. Тем временем события в Китае и явная неспособность маньчжурской династии справиться с восставшими начали всерьез беспокоить европейские державы, лишь недавно открывшие двери Китая для колониального капитала. Воспользовавшись незначительным инцидентом в качестве предлога, англичане осенью 1856 г. высадили войска в Гуанчжоу. Позже к ним присоединились французы. Гуанчжоу был захвачен, войска стали продвигаться к Шанхаю, затем (в мае 1858 г.) были высажены на севере, близ Пекина и Тяньцзиня. Цинские власти предпочли пойти на переговоры и новые уступки державам (Тяньцзиньский договор 1858 г.). Правда, вскоре после подписания договора чуть оправившиеся от испуга маньчжурские власти решили было частично изменить его условия, но новая серия вооруженных столкновений китайских войск с экспедиционным корпусом держав, завершившаяся поражением Китая и разгромом знаменитого комплекса летних императорских дворцов Юаньминьюань, разграбленных и сожженных колонизаторами, привела к подписанию в I860 г. Пекинских соглашений. На сей раз последовали еще большие уступки державам – уже не только Англии и Франции, но и России.

Тем временем тайпины, некоторое время находившиеся в состоянии острого внутриполитического кризиса, как бы обрели свое второе дыхание. В 1859 г. в Нанкин прибыл один из близких родственников Хун Сю-цюаня – Хун Жэнь-гань, ряд лет проведший в Гонконге в общении с христианскими миссионерами. Он принес с собой программу новых реформ, явственно несших отпечаток иноземного влияния. Суть преобразований сводилась к тому, чтобы содействовать частнособственническому предпринимательству, заимствуя при этом у Запада его опыт, достижения и даже некоторые институты. Но при этом следовало по-прежнему укреплять дисциплину, бороться с суевериями и всемерно укреплять власть государства. Впрочем, нововведения Хун Жэнь-ганя в том, что касается следования западному опыту, не могли быть реализованы. Более того, поладившие с цинским двором державы теперь, с начала 60-х годов, были заинтересованы в том, чтобы покончить с тайпинами (по букве новых договоров с Китаем после разгрома тайпинов они приобретали некоторые привилегии в районе бассейна Янцзы, оплота государства восставших).

Это привело к тому, что державы, с одной стороны, стали вооружать маньчжурское войско, а с другой – сами решили вмешаться в ход военных действий. Была создана бригада во главе с англичанином Уордом (после его смерти ею командовал Гордон), которая нанесла тайпинам ряд существенных поражений. Активизировали военные действия и добились некоторых успехов и цинские армии. Началась блокада Нанкина. И хотя отдельные группировки войск тайпинов (в частности, армии Ши Да-кая) время от времени еще достигали успехов, участь восстания в целом была уже решена. В 1864 г. Нанкин был взят штурмом, Хун Сю-цюань покончил с собой, Хун Жэнь-гань был взят в плен и казнен. Вскоре и оставшиеся войска тайпинов прекратили сопротивление. С последней в истории императорского Китая великой крестьянской войной было покончено. Восставшие потерпели поражение.

Феномен тайпинского восстания поучителен во многих отношениях. Но для нашего анализа важнее всего обратить внимание на его общую политико-идеологическую направленность. Это не была антизападная, антиколониальная акция, не было сопротивление традиционной структуры нежелательным нововведениям. Дело в том, что нововведения как таковые еще не успели сказаться и повлиять на структуру, вызвать с ее стороны сопротивление. А то, что уже успело проявить себя (ввоз опиума, утечка серебра и финансово-экономический кризис), было лишь привычными в истории империи сигналами, свидетельствовавшими о нарушении приемлемой жизненной нормы и о необходимости противостоять такого рода нарушениям. К этому китайская традиционная структура привыкла, на этот случай существовали веками отработанные нормы социально-политической реакции. Именно так и следует расценивать крестьянские движения 40-х годов, приведшие в итоге к восстанию тайпинов. Целью тайпинов, как это явствует из их лозунгов и практики, было стремление восстановить нарушенную норму, добиться социальной справедливости (такой была цель всех китайских, да и не только китайских крестьянских движений). Средством для достижения цели были опять-таки привычные для традиционного Китая формы, сводившиеся к созданию нового государства, организованного по обычной для Китая модели (альтернативы просто не было), но более непримиримого к отклонениям, наносящим вред стране и народу. Непривычным было идейное наполнение политических программ.

Речь идет как о христианстве, так и о программе реформ Хун Жэнь-ганя с ее попытками провозгласить курс на поддержку частнопредпринимательской деятельности. То и другое оказало сравнительно слабое воздействие на ход и идейное содержание движения тайпинов. Для реализации курса на частное предпринимательство просто не было условий. Что же касается христианских идей, то ориентация на них в политике свелась по сути лишь к борьбе с привычными даосско-буддийскими суевериями (не вполне ясно, дала ли эта борьба желаемые результаты, что сомнительно). В остальном от христианства мало что осталось. Судя по всему, идея Бога была поглощена привычным представлением о конфуцианском Небе, а сакральность пророка Хуна слилась в представлении масс с обычной для них сакральностью верховного правителя, сына Неба. Поэтому вернее вести речь не столько о роли западной религии и западных влияний в идеологии тайпинов, сколько о самом факте, самом феномене. Суть и смысл этого феномена в том, что Запад и его идейный символ – христианство в середине прошлого века, на заре колониальной экспансии в Китае, не воспринимались как нечто чуждое, угрожающее, одиозное. Это было что-то новое, необычное и даже в чем-то близкое своему, привычному – именно эти близкие к китайской традиции моменты и были заимствованы из христианства Хун Сю-цюанем.

Иными словами, тайпинское восстание не было в полном смысле реакцией традиционной китайской структуры на колониализм. Оно было реакцией на кризис, хотя сам кризис был спровоцирован колониализмом. Что же касается христианства, то о католической его версии, связанной с пребыванием в Китае в XVI–XVII вв. иезуитов, страна уже успела забыть за долгие века ее изоляции от европейцев. Протестантская же версия, с которой и познакомился Хун после открытия Китая для колониальной экспансии, еще не успела стать символом чуждого влияния. Просто то, что было в этом учении созвучным с традицией, оказалось воспринятым идеологами тайпинов.

Поражение тайпинов сняло проблему влияния христианских идей среди крестьян, но поставило немало новых вопросов, важных для страны. Первым из них был вопрос о формах существования Китая в новых условиях. Условия эти характеризовались, с одной стороны, слабостью династии, с трудом восстанавливавшей свои силы после изнурительной войны с тайпинами и энергичного натиска колониальных держав; с другой – проникновением в страну иностранного капитала и связанным с этим постепенным крушением традиционной структуры, неизбежной и мучительной переоценкой ценностей под воздействием европеизации. Найти выход из сложившейся ситуации оказалось для Китая делом весьма нелегким. Решение проблемы затянулось более, чем на столетие. Но его основные принципы начали отчетливо вырисовываться сразу же после тайпинского восстания. Они сводились к тому же, что было характерно для всего Востока: к сопротивлению и приспособлению. Впрочем, в Китае и то, и другое приняло, естественно, свои, китайские, обусловленные тысячелетней традицией формы.

По admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *